Проблемы современной апологетики

Прошедший век для европейской цивилизации ознаменовался одновременно падением авторитета религии и ростом авторитета науки. Это привело, в том числе и к тому, что основной фронт апологетики христианства сместился с отстаивания правильности вероисповедания той или иной христианской конфессии и с идеологических диспутов между христианством и исламом, между христианством и иудаизмом, христианством и язычеством на то, что можно назвать спором между верой и наукой. Уже не столько антихристианские, сколько антирелигиозные силы попытались использовать такое положение вещей для ещё большей дискредитации Церкви и христианского учения, противопоставляя те или иные научные теории и гипотезы догматам Богооткровенной Истины.

В таких условиях для многих христианских апологетов казалось необходимым и даже единственно верным идти по пути доказательства, что данные научные гипотезы не противоречат христианскому учению. Однако при фактически «священной» неприкосновенности оных гипотез и теорий всё это на деле выливалось в доказательство того, что, напротив, христианское учение не противоречит им.

В качестве яркого примера можно вспомнить, например, апологетическую статью Н. Бердяева, написанную в 1920-х годах, в которой он утверждал, что отсутствие доказательств об историческом существовании Христа на самом деле «и есть величайшее свидетельство в пользу христианства, свидетельство его чудесности»[10]. Ещё больше примеров такого рода апологии мы увидим, если обратим внимание на многочисленные попытки согласования православного учения и эволюционизма, предпринимавшиеся десятками авторов, старавшихся на разные лады доказать, что выдвинутая Дарвиным в середине XIX века теория видообразования не только не противоречит учению Церкви о творении, но напротив, составляет его самую сердцевину и имеет твёрдые основания как в Писании, так и в Предании.

При кажущейся беспроигрышности позиции, апологетика такого рода имеет ряд очень серьёзных недостатков[11].

Первый состоит в том, что такой подход совершенно беспродуктивен, как с богословской, так и с научной точки зрения. Всецело замыкающийся на существующих сию минуту моделях, он делает бессмысленным любую дальнейшую исследовательскую деятельность. Вместо того, чтобы искать реально существующие исторические свидетельства о Христе, подход предлагает нам ограничиться осмыслением отсутствия оных; вместо того, чтобы объективно и критически рассмотреть предлагаемые секулярной наукой теории, непосредственно затрагивающие область Божественного творения, чтобы, в случае необходимости, пересмотреть их или выдвинуть новые, подход предполагает подстроиться под уже существующие.

Вторая проблема связана с тем, что наука время от времени неизбежно модернизирует и меняет свои взгляды. Научное знание не стоит на месте. Одна теория сменяет другую. И каждый раз горе-апологеты умели перетолковать текст Писания, чтобы оно соответствовало той или иной картине. Разные авторы с одинаковой самоуверенностью пытались и до сих пор пытаются одновременно согласовать с христианством такие разные и частично противоречащие друг другу разновидности теории эволюции как дарвинизм[12], СТЭ[13] и номогенез[14]. Занятие это весьма неблагодарное, поскольку такие «богословские кульбиты» в конечном итоге могут лишь посеять недоверие вообще ко всему тексту Библии и церковному учению.

Наконец, третья проблема связана с тем, что в абсолютном большинстве случаев такой подход предполагает по умолчанию лишить какого-либо самостоятельного значения, или, попросту говоря, выбросить из Библейского и Святоотеческого наследия 99% того, что нельзя притянуть за уши к данной теории, например, теории эволюции. Здесь кроется наибольшая опасность. Если сжечь свой дом из страха перед ограблением, то это, наверно, поможет оставить воров ни с чем, но вряд ли будет способствовать сохранению имущества. Апологетика, наносящая больший урон, чем сама критика, явно не может быть признана успешной.


Интересные материалы:

Жреческое сословие Древней Руси как носители наиболее древней формы заговоров
Интересной промежуточной стадией между волхвами средневековья и ведунами, знахарями и сказителями XIX в. являются севернорусские скоморохи XVI-XVII вв., которых справедливо считают наследниками языческих волхвов. Этнография дает нам ценн ...

Ньингма
Ньингма - самая старая из четырёх школ Тибетского буддизма. Эту школу еще называют школой красношапочников, так как цвет их головного убора всегда красный, что отличает их от приверженцев других школ. Свое начало школа ведет от Падмасамб ...