Материалы по религии » Религиозная система балтов » Пантеон балтов и его связь с индоевропейскими системами

Пантеон балтов и его связь с индоевропейскими системами
Страница 1

Балтийский пантеон состоит из нескольких сверхъестественных существ, среди которых необходимо, прежде всего, выделить небесных божеств и природных духов, а также персонификации абстрактных сил, близкие небесным богам. Список небесных божеств отражает общеиндоевропейские тенденции. Сюда относится Диевас (протобалтийский Dievas) – бог сияющего неба; бог грома – литовский Перкунас, латвийский Перконс, прусский Перконис. Сауле – солнце, тесно связано с ведическим Сурья и Савитар, древнегреческим Гелиосом и другими индоевропейскими солнечными богами, хотя балтийское божество Сауле женского рода. Символом Солнца в мифологии выступала лошадь (литовское «зиргас», латышское «зиргс»), а козёл олицетворял гром, что также характерно для индоевропейцев-соседей балтов. Лунный бог в литовском пантеоне – Менуо, в латышском – Менесс; латышская Аусеклис, литовская Аушрине – утренняя звезда и богиня рассвета соотносилась с литовской Вакарине – вечерней звездой, ведь обе олицетворяли Венеру. Среди небесных богов встречался также и божественный кузнец, называемый просто Калвис – «кузнец», или в уменьшительно-ласкательной форме – Калвелис, Калвайтис. Очевидны общие индоевропейские корни имен этих богов, у названных балтийских богов сохранились очень древние черты, проявившиеся в сохранении связей с небесными светилами и природными явлениями, такими, как небо, солнце, луна, звезды, гром. За исключением Диеваса и Перкунаса, антропоморфные образы богов не претерпели значительных изменений.

Имя бога Диеваса тесно связано с понятием неба. Литовские Диевас и латышский Диевс сохранили такое же содержание понятия, как и в санскрите. Этимология имени бога становится ясной, если обратиться к санскритскому глаголу dyut* – «сиять», «светить» и прилагательному deiyos* – «небесный». Диевас предстает в образе необычайно красивого человека, облаченного в серебряную мантию, в шляпе, его одежды украшены орнаментом, у пояса сабля. Вероятно, этот образ восходит к периоду позднего железного века и во многом схож с облачением балтийского правителя. Диевас появляется только вместе со своими лошадьми – одной, двумя, тремя, пятью, девятью или с большим количеством, в серебряной сбруе, с золотыми седлами и золотыми стременами. Его огромная огороженная усадьба напоминает замок, туда ведут три серебряные калитки, а за оградой находятся дом хозяина, дома работников, баня, а вокруг сад и лесные деревья. В латвийских мифологических песнях Диевас появлялся, сея рожь или ячмень из серебряного лукошка. Он охотится и варит пиво, охраняет урожай, способствует его увеличению, управляет судьбами людей и порядком в мире, восходом Солнца, вместе с Лаймой, определяет продолжительность жизни и судьбу человека. Хотя Диевас наделялся большими полномочиями по сравнению с другими богами, его не рассматривали как высшего бога, управлявшего другими. В небесном пантеоне Диевас считался дружелюбным и демократичным божеством.

Антропоморфный образ Сауле расплывчат; каждое утро она поднимается над каменной или серебряной горой в колеснице с медными колесами, запряженной огненными лошадьми, которые в пути никогда не устают, никогда не потеют и никогда не отдыхают. Вечером она купает своих лошадей в море или отправляется на девяти колесницах, запряженных сотней лошадей, вниз, в яблоневый сад. Она также плавает в серебряной лодке или превращается в лодку и погружается в море. Дочери Сауле – это лучи солнца на рассвете и на закате, поэтому их можно связать с утренними и вечерними звездами. В прикладных произведениях искусства солнце изображается в виде сакты – кольца, колеса, круга, круга с лучами, розетки или незабудки, цветка-солнца (по-литовски называемого саулите – «солнышко» или ратиляс – «колесо»). Весенний и летний дни равноденствия и солнцестояния (в настоящее время — Пасха и день Ивана Купалы) были праздниками радости, возрождения природы, где солнечная символика играла центральную роль. Жизнь земледельца неизменно сопровождалась обращениями к Солнцу на восходе и на закате, все полевые работы зависели от Солнца. Обычно обращенную к Солнцу молитву произносили с непокрытой головой. В прусской мифологии известен и другой бог света, Свайстикс, а в латышской – Звайгздис (от звайгзде – «звезда»).

Менуо, или Менесс, – лунный бог, который носил звездную мантию и ездил на серых лошадях, – был тесно связан с Сауле. Как постоянное появление солнца, так и исчезновение луны и возрождение ее в форме молодого месяца означали благополучие, свет и здоровье. И в наши дни верят, что растения следует сажать во время новой или полной луны, поэтому именно к ней в первую очередь и следовало обращаться с молитвой.

высшее место среди богинь у всех балтийских народов занимала Лайма – богиня судьбы. Она отвечала за счастье и несчастья людей, за продолжительность их жизни, а также за жизнь растений и животных. Её имя неотделимо от понятия laime – «счастье». Судьба обычно появлялась в образе конкретного существа, но есть упоминания о трех или даже семи богинях. В литовских песнях богиню обычно именовали двойным именем Лайма-Далия – «счастье» и «судьба». У латышей также была Декла, которая симпатизировала людям, заботилась о маленьких детях и горевала над родившимся ребенком, которому было суждено в жизни испытать несчастья. Хотя поведение Лаймы похоже на поведение обычного человека, она по своим функциям сходна с Диевасом, солнечным богом, и самим Солнцем.

Страницы: 1 2 3


Интересные материалы:

Религии основного населения Африки
Подавляющее большинство народов Черной Африки — Африки к югу от Сахары — уже давно достигло более высокого уровня общественного развития. Эти народы издавна знают земледелие (в мотыжной форме), многие из них, особенно в Восточной и Южной ...

Божья власть в духовной войне
Верующий, который пришел к познанию, пониманию и применению власти, помещенной в нем Иисусом Христом, уже овладел победой. Пребывая во Христе, он пребывает в победе. Однако, духовное предназначение истинного верующего, знание цели, поста ...